Материалы данного сайта защищены законодательством об авторских и смежных правах. Права зарегистрированы. Несанкционированное копирование и распространение материалов ведет к уголовной ответственности и преследуется законом. Полное или частичное использование материалов допускается только с разрешения автора либо с указанием ссылки на автора и оригинал публикации!
В качестве примера, интересно рассмотреть данную гипотезу применительно к спорному, на сегодняшний день, методу скрининг диагностики по изображению радужек глаз, т. е. иридодиагностике.
В последнее время большинство исследователей рассматривают иридодиагностику как часть рефлексологии - более общего научного направления исследующего проблемы акупунктурной диагностики и терапии. С позиции рассматриваемой гипотезы название «рефлексология» неправомерно, ибо в основе акупунктурного феномена лежит не импульсный процесс передачи информации по аксонам нервных проводников (рефлекторным дугам), а направленный градиентный перенос энергии вдоль всего осевого цилиндра (невракса) нервного проводника образованного из нескольких типов тканей, находящихся в тесном структурном и функциональном контакте между собой. Термин «невраксология», предложенный некоторыми исследователями, на мой взгляд, более уместен для названия научного направления занимающегося проблемами акупунктурного феномена в целом и иридологии в частности.
Если согласится с убеждением иридологов, что некие хроматические и структурные изменения радужек глаз связаны с состоянием определённых органов и систем организма, то возникает ряд важных вопросов, не ответив на которые нельзя рассчитывать на приемлемое научное объяснение данного метода диагностики. А вопросы следующие:
Ответы на первые два вопроса можно получить, основываясь на представленной гипотезе, если логично предположить, что одна из основных функций радужной оболочки глаза подобна энергобуферной функции кожи с замкнутыми на ней энергетическими контурами внутренних органов. При этом если энергетический контур, - внутренний орган – кожа, опосредуется через периферические вегетативные нервные центры, то контур, - внутренний орган – проекционная зона радужки, включает центральные вегетативные ядра, расположенные на уровне отделов среднего мозга и гипоталамуса.
Поэтому избыток энергии, при гиперэргии на уровне органа, через периферический контур будет сбрасываться на корпоральные акупунктурные точки и далее рассеиваться в коже туловища. На поверхности тела будет наблюдаться соответствующий отклик со стороны биологически активных точек кожи. Одновременно гиперэргия с поражённого органа может достигать ядерных центров регуляции и помимо краниальных точек (точки головы и ушных раковин) уходить в энергообменник которым является радужная оболочка глаз. Анатомическое расположение радужек, уровень кровоснабжения, особенности иннервации и обменных процессов предрасполагают к осуществлению такой функции.
Таким образом, существуют основания предположить, что локальные изменения радужек возникают в ответ на изменения уровня энергетики внутреннего органа достигшего соответствующего участка радужной оболочки, т.е. отражают (с учётом пространственного декремента) стадию и степень парабиоза органа. Акупунктурные точки на коже проявляют себя в виде аномального электрического сопротивления, изменениями локальной температуры и чувствительности. Изменения со стороны тканей радужки доступны визуальному наблюдению и проявляются в виде аномалий пигментации и нарушения структурной однородности (рельефа) её стромы.
Иридологи давно пытаются объяснить связь между патологией внутренних органов и появлением тех или иных знаков на радужках.
В иридологической литературе (Вельховер Е.С. [20]) большое внимание уделяется меланоцитам радужки, участвующим в регуляции интенсивности светового потока проникающего в подлежащие слои её стромы. Предполагается некое активирующее воздействие света на сеть нервных окончаний экстерорецептивных зон радужки и далее на вегетативные центры мозга и подчинённые им внутренние органы. Радужная оболочка рассматривается как «выдвинутый вперёд диэнцефальный экран головного мозга, специализированный на восприятие и преформацию светового потока извне и импульсного потока изнутри организма». При этом открытым остаётся главный вопрос - где смысл в том, что каждый внутренний орган должен иметь свой отдельный информационный канал о состоянии освещённости извне. Для чего радужка должна получать информацию (импульсный поток изнутри организма) о состоянии внутренних органов. Явно не для того, что бы мы использовали её в диагностике. В рамках рефлексологии (науке о передаче информации в организме посредствам распространения нервного импульса) ответить на эти вопросы невозможно. Поэтому в литературе часто встречается терминологическая путаница и смешение понятий в попытках объяснения иридовисцеральных связей. Тот же Вельховер, придерживаясь рефлекторной концепции этих связей, вдруг начинает писать о некой световой энергии направляющейся через радужку по иридо-ретикуло-висцеральному пути к внутренним органам, где происходит «биоэнергетическая за¬рядка сердца, легких, печени, желудка, кишечника и т. д.».
Если проблемы иридологии рассматривать, основываясь на положениях энергораспределительной гипотезы, то подобных противоречий не возникает, а схема взаимовлияний в контуре орган – вегетативный центр – радужка приобретает логический смысл, раскрывающий биологическую целесообразность данного явления. Этот смысл заключается в первую очередь в энергообмене между отдельным органом и организмом в целом, который осуществляется путём отвода избытка энергии от органа или подвода энергии к нему через трансорганные системы энергетических коммуникаций, к которым наряду с тканями кровеносной системы относя ткани нервных образований. На уровне вегетативных центров нервной системы эти энергетические сдвиги приобретают регуляторную функцию, в т.ч. происходит модуляция нейрорефлекторной деятельности этих центров за счёт изменений мембранных потенциалов нейронов. Так, к примеру, воспалительная гиперэргия органа через периферические звенья нервной системы находит выход на кожный энергообменник, а через центральное вегетативное звено (стволовой и гипоталамический уровень) на соответствующий сегмент радужки. Если рассматривать аналогию с электроприбором, то биологические энергообменники (кожа, радужка) соответствуют блоку предохранителей прибора, с той разницей, что воспалённый орган нельзя отключить от энергопитания, но можно отвести от него избыточную энергию в энергетический буфер организма, откуда другие органы и системы могут черпать недостающую им энергию. Всё это позволяет по иному подойти к интерпретации диагностических знаков на радужке.
Известно, что иридознаками гиперэргии (острое воспаление или первая стадия парабиоза по Введенскому) внутреннего органа являются разрыхление стромы, набухание и инфильтрация трабекул радужки в проекции органа. Объяснение этому в том, что для гиперэргической стадии парабиоза характерно снижение межклеточной когезии и разжижение межклеточника. В итоге на радужке в проекционной зоне воспалённого органа наблюдается основной признак гиперэргии органа - локальное просветление и деколорация её рисунка. Если очаговая гиперэргия достигает радиальных волокон дилятатора зрачка (мышцы Мюллера) и влияет на её тонус (в данном случае повышает), то проявлением этого будет локальная деформация автономного кольца радужки (в ряде случаев и формы зрачка) в виде его выбухания в сектор иридопроекции органа. Для гипоэргического состояния органа (деполяризационная фаза парабиоза) характерна локальная жёлто-коричневая пигментация иридопроекции органа.
В отличие от гипотезы меланинового щита [20], трактующего пигментацию, как механизм защиты экстерорецептивной проекции органа от светового перевозбуждения, биологический смысл образования пигментных знаков иной. Прежде всего, жёлто-коричневая окраска свойственна пигментам каротиноидной природы, часто описываемым в литературе, как пигмент старения липофусцин. Точка зрения на липофусцин, как шлаковый продукт клеточной жизнедеятельности (деградирующие митохондрии) давно пересмотрена. Оказалось, что липофусциновые гранулы образуются и накапливаются в тканях терпящих энергетический дефицит функционального или иного характера и часто представляют собой особые реликтовые энергопродуцирующие органеллы – каротиноксисомы [21]. В отличии от митохондрий, каротиноксисомы могут осуществлять окислительное фосфорилирование в гипоксических условия используя в качестве субстрата окисления жирные кислоты. Интересно, что процесс энергопродукции каротиноксисомами является светозависимым. Показана прямая зависимость потребления кислорода каротиноксисомами от интенсивности светового излучения. В связи с этим, напрашивается мысль о возможности прямого участия квантов света в механизме генерации протонного градиента на сопрягающих мембранах каротиноксисом, подобно тому как это происходит у организмов имеющих в мембранах бактериородопсин, или как это предполагается для животного родопсина светочувствительных клеток сетчатки глаза позвоночных при высоких интенсивностях поступления света на сетчатку [1]. Кстати, у ряда позвоночных родопсиноподобный пигмент был обнаружен в плазматических мембранах клеток радужной оболочки глаза, где ему приписывается роль пускового механизма в светозависимом сокращении радужки. В итоге природу появления жёлто – коричневых пигментных знаков радужки можно представить следующим образом. Внутренний орган, находящийся во второй фазе альтерации (снижение клеточной энергетики, падение мембранного потенциала клеток, недостаток субстратов окисления и кислорода) пытается восстановить нарушенный гомеостаз за счёт привлечения энергии извне. Соответствующие акупунктурные кожные точки поверхности тела при этом становятся местами интенсивного энергозабора, что проявляется снижением их чувствительности и температуры. Т.е. физиологическое состояние кожи в области точки повторяет с учётом пространственного декремента состояние внутреннего органа. Таков механизм парабиотического дальнодействия в системе внутренний орган – периферический вегетативный центр - кожная проекция. Подобным образом, но через центральный вегетативный центр физиологическое состояние органа влияет на состояние сопряжённого участка радужки, что проявляется компенсаторными перестройками местной энергетики – появлением большого количества каротиноксисом и, возможно, подключением механизма прямого участия фотонов в генерации «энергизованных» протонов. Влияние локальной гипоэргии на подлежащие мышечные волокна дилятатора зрачка могут приводить к снижению мышечного тонуса и, как следствие, к локальному втяжению участка автономного кольца в соответствующем сегменте радужки.
Подведя итог вышеизложенному, можно обоснованно предположить, что диагностически значимые изменения радужки являются отражением энергетического гомеостаза внутренних органов, а именно, фазы и стадии парабиотической альтерации органов с поправкой на пространственный декремент (запаздывающий фазовый сдвиг) характерный для парабиотического дальнодействия. Таким образом, картина иридознаков, как и комплексное исследование состояния акупунктурных точек кожи, может свидетельствовать о структуре перераспределения протонной энергии внутри организма и выявлять области (органы и системы) организма с повышенным или пониженным энергетическим потенциалом. Поэтому попытки иридодиагностов отождествлять видимые изменения на радужке, с каким либо клиническим диагнозом можно считать не обоснованными. Клинический диагноз традиционно включает определённый комплекс симптомов заболевания, но он часто не отражает суть гомеостатических процессов разворачивающихся на клеточном и субклеточном уровнях. Видимо поэтому сегодняшняя медицина настороженно относится к иридологическому методу диагностики. Изменить предубеждение медицинского сообщества к методу диагностики по радужкам можно только в случае если метод получит приемлемое научное обоснование и, самое главное, если он будет показывать статистически достоверные результаты. Существующие методики иридодиагностики, в том числе и компьютерные, в этом отношении сомнительны.
Выход из положения один – иридологические данные должны быть максимально объективны, и учитываться только на основании их статистического анализа относительно надёжно установленных случаев и характера органной патологии.
В этом коротко заключается ответ на третий вопрос. Но как это сделать практически?